Обзор личного фонда Я.С. Ларионова в собрании Чаунского краеведческого музея (исследование)

Швец-Шуст Валерия Юрьевна

Христофорова Валентина Сергеевна

Чукотский автономный округ

Люди особой формации

На земле Северстроя слабый не жил.

Слабый исчезал в лучший мир или

лучшую местность быстро и незаметно.

Кто оставался, тот был заведомо сильным.

О.Куваев «Территория»

Чаунский район с центром в Певеке, после своего создания в 30-е годы, сразу стал центром геологических изысканий. Один из первых геологов, побывавших здесь был Сергей Обручев. «Геология – это наука, которая исследует последовательные изменения, которые произошли в органическом и неорганическом царствах природы; она исследует причины этих изменений и влияние, которое они оказывают на видоизменение поверхности и внешнего строения нашей планеты» – это определение науки, именуемой геология. У геологии множество родственных или вспомогательных научных дисциплин. Но, помимо того, что наука эта очень важная, она еще и очень интересная, а когда-то, в далеком прошлом, эта наука была очень привлекательной для молодежи. Настолько привлекательной, что конкурсы в высшие учебные заведения, которые готовили специалистов – геологов, были очень высоки. Да и специалисты выходили из этих университетов такие, что в любом городе, где были геологи, они считались элитой. «…открыватели Колымы и Чукотки были люди особой формации…» – писал Олег Куваев в знаменитой «Территории». Это в полной мере относится к герою нашего исследования – Ларионову Якоу Севастьяновичу.

Год 1952. В Певек, тогда рабочий поселок, прибывает молодой специалист, выпускник латвийского государственного университета Яков Севостьянович, и сразу же получает первое задание – возглавить геологическую партию и отправиться в маршрут. Небольшое уточнение – в партии было около трехсот человек работников, но из них всего двое – обычные люди – он и завхоз, а все остальные – бывшие заключенные… Причем, разные – и уголовные и политические.

Перед прибытием в Певек, молодой специалист отказался от распределения в Московский геологический трест, он стремился именно сюда, где кипела жизнь, где был простор для полета геологической мысли, где ждали неизведанные маршруты. И вот суровая реальность – бывшие з\к, жизнь в бараках.

В 1953 году приехала молодая жена – учительница. Сегодня трудно представить даже то, как сюда добирались люди – не ехали, а именно добирались – поезд, пароход, потом снова пароход, и, только если повезет, самолет – маленький ЛИ – 2, посадка на аэродроме, поездка на перекладных в Певек, и комната в бараке, а в коридоре дневальный, который если не затопит печь, то и тепла в этом бараке не будет. Вот такие условия ждали здесь тех, кто ехал осваивать месторождения полезных ископаемых, строить экономику Советского Союза.

Ларионовы прожили здесь, в Певеке до 1987 года. «И потом, когда родители в 1987 году уехали на «материк» насовсем, по прошествии многих лет, в мечтах всегда возвращались обратно, в Певек, это был их родной дом, а это память, радость встреч, знакомств, замечательных друзей и грусть воспоминаний» – так говорит Владимир Ларионов о своих родителях. И в этих воспоминаниях – только хорошее.

Но, возвращаемся к биографии Ларионова Я.С. Сначала он попал в Магадан, в Магадане дали распределение в Чаунское РайГРУ (Певек), он сюда приехал и приступил к работе. В это время, Чемоданов Н.И. был главным инженером. Главным геологом был Швец-Шуст Ф.М., а начальником экспедиции был Рождественский И.Е., впоследствии Герой Социалистического Труда – это звание было присвоено ему за урановые рудники, если Чемоданов Н.И. занимался, в основном, золотом, за что, собственно, был представлен к разнообразным наградам – Сталинская, Государственная и Ленинская премии, а у Рождественского И.Е. главным направлением был уран. Швец-Шуст Ф.М. к тому времени тоже был удостоен государственных наград – медаль «За победу над Германией в Великой отечественной войне 1941 – 1945 гг.» и Орден ,Трудового Красного Знамени. Вот в таком окружении оказался  молодой специалист Яков Ларионов. Но хочется отметить, что знаменитый уже тогда Чемоданов Н.И., был старше нашего героя всего на 11 лет, а уже лауреат Сталинской премии, которую получил в 38. Это было время, когда люди становились зрелыми специалистами очень быстро – было много работы, и люди делали эту работу, делали качественно – ходили в маршруты, открывали месторождения. В 1957 -м – 58 Ларионов становится главным геологом, ему на этот момент было 29 лет, т.е. когда будущий писатель Олег Куваев приехал в Певек, Ларионов был главным геологом. Главный геолог – это большая величина в иерархии геологического предприятия. Конечно же, старшие товарищи в лице Н.И. Чемоданова всячески поддерживали Я.С. В 62 -63 году Ларионов уже перешел на другую работу – он стал заниматься прогнозированием месторождений, т.е. он стал работать на дальнейшее будущее – и эти прогнозы позднее мы в какой-то степени получили. Практически, все золотые россыпи, да и оловянные тоже – это заслуга Я.С. Ларионова. Он занимался прогнозированием, всеми расчетами, выявлением россыпей. Расчеты – это местоположение, конфигурация россыпи. Сегодня в Певеке живут люди, которые работали с Ларионовым и могут охарактеризовать его профессиональные качества так– он был гениальным, но так сложилось исторически – эти не «выставляются» напоказ. И еще не раз мы прочитаем и услышим о том, что одно из главных его человеческих качеств – это его отношение к работе, чувство ответственности и скромность, нежелание «выставляться». При этом – диплом № 1765 «За открытие месторождения россыпного золота р. Гремучий РСФСР» и нагрудный знак «Первооткрыватель месторождения» - позже там работал прииск имени XXII съезда КПСС (Бараниха), месторождение угля - очень долго ждали подтверждения значимости объекта, и Ларионов Я.С. назвал его Долгожданным, Западно-Полянское месторождение ртути, ртутное месторождение Пламенное. Почти везде, где когда-то пролегали маршруты Ларионова, выросли поселки и горно-добывающие предприятия – Ленинградский, Полярный, на некоторых до сих пор работают старательские артели. Валютный цех продолжает давать металл стране. Еще у Якова Севостьяновича была уникальная память, как говорят - «ходячая энциклопедия», к нему все обращались, и главное, он помнил все от начала до конца. Удивительно, но все, кто с ним когда - либо был знаком, считали, что это человек уникальный. Уникальный и по человеческим качествам, очень добрый и порядочный человек, интеллигентный, добрый и плюс очень талантливый, обладающий огромными знаниями. В 1989 году Ларионов еще раз побывал в Певеке – на 50-летие Чаунской экспедиции, больше он здесь не был. Но нашел себе занятие и в Латвии – еще лет двадцать он работал на экологическом предприятии, и там тоже о нем очень тепло отзывались. В музейном собрании материалов о Ларионове не очень много, но они очень интересны – характеризуют человека как разностороннюю личность – знак первооткрывателя, грамота за шефскую работу с детским садом, почетная грамота Министерства геологии за рационализаторство – действительно что-то энциклопедическое, но при этом он не стал героем «Территории». Были совершенно другие приоритеты – делать дело, искать большое золото, открывать «белые» пятна». У этого поколения не было заботы о карьерном росте, получении материальных благ, зато был азарт первооткрывателя… «Я свято верю, что открыватели Колымы и Чукотки были люди особой формации и именно они могут и должны служить примером для «кислого» молодого поколения нашего времени» - опять обращаемся мы к творчеству Куваева. В самом деле, это было удивительное поколение, удивительное время – людям было от 25 до 40 лет, а они уже первооткрыватели, о которых пишут книги, они – герои, полубоги! При этом, не являешься членом партии – нет карьерного роста, невозможно поехать отдыхать за границу – нынешнему поколению даже представить себе странно, что такое возможно.

В семье Ларионовых двое сыновей, каждый выбрал свой путь в жизни. Владимир стал авиадиспетчером. На вопрос – почему не пошел по стопам отца, ответил просто – не смог бы достичь такого уровня, поэтому и выбрал другую специальность. Хотя в школьные годы в период летних каникул работал в геологических отрядах, ходил в маршруты, отбирал пробы. Тогда геология была овеяна романтикой, а геологи были не просто героями, они были полубогами.

При подготовке статьи использованы:

Собрание Чаунского краеведческого музея;

Интервью с Ларионовым В.Я. (сын) и Колотиловым А.Д. (сотрудник Чаунского краеведческого музея).

Стиль, язык и пунктуация интервью сохранены полностью.

Обзор личного фонда Я.С. Ларионова в собрании Чаунского краеведческого музея

(исследование)

Яков Севостьянович Ларионов.

29 октября 1928 г. – 14 сентября 2012 г.

 

«Бог дал ему почти 84 года жизни и если говорить о детстве, то оно пришлось на тот период, когда Латвия еще была независимым государством, в школу он пошел там же, в Резекне…» – Владимир Ларионов.

Первый слева Я.С. Ларионов.   1954 г.  

«Все, что происходило с отцом, с моими родителями в дальнейшем, так или иначе, было связано с Певеком. И потом, когда родители в 1987 году уехали на «материк» насовсем, по прошествии многих лет, в мечтах всегда возвращались обратно, в Певек,это был их родной дом, а это память, радость встреч, знакомств, замечательных друзей и грусть воспоминаний» – Владимир Ларионов.

Третий слева Я.С Ларионов. 1957 г.

«Отец приступил к работе, и первое задание, которое было ему поручено – это организация и руководство геологической партией, не могу сказать какой именно, но, по словам отца,  было там человек триста, гражданских из них два – он да завхоз, а остальные ребята, так сказать, отбывали наказание в этих краях, были и уголовники, правда одно другому не мешало – люди жили своей жизнью и работали замечательно…» – Владимир Ларионов.

Я.С. Ларионов в маршруте. Среднее течение реки Раучуа 1957 год. 

Я.С. Ларионов жил и работал в Чаунском районе продолжительный период времени,  с 1952 по 1987 год. «Отец был скромным человеком. Когда я рассказываю об отце,  я рассказываю о своей семье, в какой-то степени и о себе, в этом есть определенная сложность, но в этом же есть гордость за отца, за то поколение, которому были не свойственны нормы благополучия сегодняшней жизни, скорее имбыло свойственно любить жизнь как она есть и просто работать...» – Владимир Ларионов.

Усть-Коммунчувеемская партия 1957 год. Прилетела "Аннушка". Первый слева Я.С. Ларионов  «…работали они вместе, про кого-то больше рассказывали, про кого-то меньше, но сделали одно большое дело, в какой-то степени благодаря им, мы вообще здесь находимся, да и сам Певек получает развитие и известность, также благодаря этим людям…» – Владимир Ларионов.

 

Открытие месторождения состоялось  в конце 1950 г. начале 1960 г.,  а это звание Яков Севостьянович получил в 1987 году.

 

Медаль: Ларионову Якову Севостьяновичу "За заслуги в разведке недр".  Министерство геологии СССР,1984г.

«… я не могу припомнить ни единого случая недовольства родителей существующей  действительностью, обсуждения поступков иных людей, было нормальное, спокойное  отношение к тому, что происходило вокруг нас…» - Владимир Ларионов.

– Скажите, а вы были с отцом в маршруте?

– Если так, то получается был. После окончания 8-го  класса, в те времена среди школьников было очень  популярно немножко летом поработать, а так как в  отпуск мы не поехали, решили родители отправить  меня на два месяца в геологическую партию, в тундру.  Работали в районе г. Пытлян, ходили в маршруты,  перебирались с базы на подбазы, брали пробы, ну и  вот, пока я там всем эти занимался, как рабочий  с рюкзаком, в начале было легко. в первый день  пробежался километров 10 и рухнул, в нормальный  режим вошёл только, дней через 20, то там присяду,  тот тут, то в горку, то с горы, и где-то в середине  нашей работы отец и приехал. Вот мы с ним тогда  и прошлись по ближайшим сопкам, погуляли,  можно сказать, камешки пособирали

– Владимир Ларионов.

«В какой-то степени, все работы, которыми он занимался,   Александр Дмитриевич Колотилов (сотрудник музея) не даст   соврать, курировались определенными органами. Выезжать за   границу он не мог, правда один раз разрешили, в году так 1980   или 1981, с мамой съездили в Чехословакию и Германию, на   тот момент было так. Человек работал, выездными были другие…»   – Владимир Ларионов.

Чукотка, Чаунский район. Клуб автобазы, 1972 год. В перерыве 3-й геологической конференции Чаунского района. На фото Н.П. Щукин, А.В. Решетов, Я.С. Ларионов.

«Отец уехал в 1987 году из Певека, и потом, в 1989 году, когда было 50-летие экспедиции, они вернулись, увы ненадолго. Сюда много тогда кто приехал и Полэ приехал, и Хрузов приехал, все, все, все, сразу на работу пошли. Всё, он, тут, дай бы только поработать 2-3 месяца, но так случилось, что умер его брат и он уехал на похороны. И вот с 1989 года он здесь уже не был, не приезжал» – Владимир Ларионов.

«Там он был всем, как Александр Дмитриевич сказал, не надо было лезть в интернет, приходи, интересуйся, а у тех людей, которые с ним работали там, в Риге, тоже геологи, и они говорили, вот история, вот человек приехал, живой, рядом, один из тех, о ком писал Куваев. Один из тех, кто начинал работать здесь на Чукотке. Так сразу все не охватишь, не соберешь каких-то примеров, но просто все те, кто с ним, когда - либо был знаком, считали, что это человек уникальный. Уникальный и по человеческим качествам, очень добрый и порядочный человек, интеллигентный, добрый и плюс очень талантливый, и знания огромные. Было так, жизнь, были отношения родителей между собой, было отношение родителей к работе, к себе самим, вот в этом я и рос» – Владимир Ларионов.

При подготовке использованы:

Собрание Чаунского краеведческого музея;

Интервью с Ларионовым В.Я. (сын) и Колотиловым А.Д. (сотрудник Чаунского краеведческого музея)

Стиль, язык и пунктуация интервью сохранены полностью.